Сериал Охотники (2020) /Hunters/ 1 сезон онлайн

Бесспорно, созданный с дерзкой изобретательностью, этот проект оставляет после просмотра устойчивое впечатление — некое отпечаток гения Квентина Тарантино. Тем не менее, никаких официальных подтверждений его участия в создании отсутствует, что лишь подогревает догадки и порождает дискуссии. Поверхность повествования щедро усыпана отсылками к золотой эпохе американских комиксов, проявляясь то в виде явных цитат, то в виде тщательно завуалированных намеков, которые, словно зашифрованные послания, требуют дешифровки. В центре сюжета — свежий, нетривиальный замысел, изящно облеченный в форму интересной подачи, где граница между реальным и вымышленным растворяется в причудливой дымке. Погружаясь в эту вселенную, зритель сталкивается с вопросом: кто, кроме евреев, мог бы обладать такой неугасимой жаждой возмездия, столь глубокой мотивацией для охоты на остатки нацистского режима? Не секрет, что травматический опыт Холокоста оставил неизгладимый след в коллективной памяти, предопределив неутолимую потребность в справедливости. Эта внутренняя сила, эта фундаментальная причина, не нуждается в пространных объяснениях — ее корни глубоко уходят в историю и общепризнаны. Герои, каждый со своим неповторимым колоритом и уникальным набором способностей, вызывают искреннюю симпатию. Это не просто команда, это настоящая мозаика из представителей различных культур и национальностей, каждый из которых постепенно открывается зрителю, раскрывая свои внутренние переживания и мотивы. Жанровая принадлежность здесь сложна и многогранна: это не чисто драматическое полотно, а скорее дерзкий сплав комиксового детектива и грубого, энергичного грайндхауса, где жестокость соседствует с абсурдом. Важно понимать, что перед нами не документальная реконструкция событий, не попытка воссоздать историческую правду. Это художественное видение, требующее от зрителя доли иронии, способности улавливать подтекст и принимать вызов авторов. Если в вашей картине мира главенствующая роль в победе над нацизмом отводится исключительно русскому народу, если вы не готовы пересмотреть устоявшиеся убеждения, возможно, стоит воздержаться от просмотра этого сериала. Здесь представлена альтернативная перспектива, повествующая о войне глазами тех, кто сумел пережить ее, сохранив веру в справедливость и надежду на будущее. Место действия — Америка 1970-х годов, эпоха бурных перемен и глубоких трансформаций. Время сексуальной революции, расцвета борьбы за гражданские права чернокожего населения и взрывных контркультурных движений. Ожидайте в кадре евреев, нацистов, афроамериканцев, лесбиянок, феминисток, звучание фанка и диско, кислотные цвета и общая атмосфера дерзкой эмансипации. Прежде чем погрузиться в эту вихревую вселенную, настоятельно рекомендуем ознакомиться с трейлером и честно оценить свою готовность к подобному эстетическому и нравственному испытанию.

С нескрываемым предвкушением я дождался премьеры этого сериала, поскольку первоначальная концепция показалась поистине захватывающей. Идея группы, объединенной пестротой характеров, истребляющей нацистских коллаборационистов, затаившихся в американском пейзаже 70-х годов, обещала фееричное зрелище. Однако, к моему сожалению, реальность оказалась куда менее блистательной, чем первоначальные ожидания. Несмотря на разочарование, можно выделить некоторые моменты, заслуживающие внимания. Изящная заставка, представляющая героев в метафорических образах шахматных фигур, создает эффектное визуальное впечатление. Актерская игра, безусловно, радует глаз, а Аль Пачино в очередной раз демонстрирует свое непревзойденное мастерство. Встречаются и отдельные сцены, поражающие своей динамикой и напряженностью. Однако, главный детонатор, омрачающий общее впечатление – это очевидная жанровая неопределенность создателей. Попытки совместить элементы остросюжетного триллера с леденящими душу играми в кошки-мышки, с фрагментами сатирических зарисовок, кажутся хаотичными и неуместными. Несомненно, отдельные сцены хороши сами по себе, но их включение в повествование выглядит натянутым и лишенным органичности. Это особенно удивительно, учитывая участие в качестве продюсера Джордана Пила, известного своей способностью филигранно вплетать юмористические ноты в атмосферу своих хоррор-фильмов, придавая им глубину и резонанс. Дополнительную проблему представляет собой аналогия с фильмом "Шесть воинов" Майкла Бэя – нам представляется широкий спектр уникальных умений каждого персонажа, но, к нашему огорчению, эти навыки почти не используются. Так, актер, блестяще владеющий искусством перевоплощения, использует свой дар лишь единожды за весь сезон, да и то с явным дискомфортом и риском провала. Взломщица, специализирующаяся на проникновении, ломает один замок, и на этом её славная карьера по проникновению заканчивается. Два пожилых изобретателя, по замыслу создателей являющиеся гениями, так и не воплощают свои гениальные идеи в жизнь. Кульминацией разочарования становится финальная сцена, буквально переворачивающая весь сериал с ног на голову. Те, кто уже успел ознакомиться с этим произведением, меня поймут. Возможно, кому-то подобный поворот событий покажется оправданным или даже интригующим. Однако, на мой взгляд, он грубо противоречит всему, что было создано до этого момента, представляя собой ощутимую дисгармонию. В конечном счете, это вполне симпатичный сериал, однако он не лишен существенных изъянов, которые не позволяют ему реализовать свой потенциал в полной мере. Он остается неоднозначным произведением, вызывающим смешанные чувства и оставляющим после себя ощущение упущенной возможности.

Составить развёрнутый отзыв о столь многогранном и противоречивом проекте, пожалуй, задача не из лёгких. И, возможно, даже не совсем корректно называть его просто "сериалом". Это скорее многочасовое полотно, эпическая сага, каждая глава которой, рассчитанная примерно на час экранного времени, представляет собой законченную, но неотделимую от общей канвы историю. Определение жанра здесь затруднительно – любая попытка рискует оказаться поверхностной и не отражающей всей глубины содержания. Только начинаешь улавливать ход повествования, как режиссёры, словно искусные фокусники, предстают с новым, неожиданным поворотом сюжета, заставляющим переосмысливать увиденное. Несомненно, в основе лежит драматизм, и не просто драма, а сплав криминального напряжения и тончайшей психологической проработки. Действие переносит нас в бурные 70-е годы, эпоха, окутанная аурой специфической, отличной от привычной, атмосферы. Главные герои – это представители старшего поколения, евреи, пережившие ужасы Холокоста. Мы видим людей, прошедших через кошмарные испытания Освенцима, Бухенвальда и других концлагерей, ставших свидетелями невообразимых зверств. Теперь, спустя десятилетия, они стремятся к возмездию, к справедливости, направленной на тех, кто совершил эти чудовищные преступления. Нацисты, бежавшие из поверженного режима, нашли прибежище в Соединённых Штатах Америки, где, под вымышленными именами, после хирургической коррекции внешности, наслаждаются кажущейся безнаказанностью и покойной жизнью. Однако их прошлое не забыто. Помимо поколения, отмеченного печатью трагедии Второй мировой войны, в сюжете значительную роль играют молодые люди, воспитанные на историях своих предков – и с еврейской, и с нацистской стороны. Это новое поколение, перенимающее устаревшие взгляды и идеологии, втягивается в клубок давно забытых конфликтов. Лично меня этот проект глубоко тронул, вызвал отклик в душе, поскольку в моей жизни был случай знакомства с людьми, вынесшими на своих телах отпечатки концлагерей. В начале девяностых я имел возможность общаться с людьми, несущими на своих руках – безмолвными свидетелями – татуированные номера, присвоенные им в лагерях смерти. Сегодня, я подозреваю, число тех, кто сохранил эти зловещие символы, неуклонно сокращается, и если таковые ещё и существуют, то им, вероятно, уже перешагнуло столетний рубеж. Недопустимо, чтобы военные преступления имели срок давности, особенно когда речь заходит о преступлениях геноцида, требующих не только осуждения, но и неустанного напоминания о случившемся. Я настоятельно рекомендую этот проект к просмотру всем, кто способен на сочувствие, понимание и кто стремится к поиску истины.

Недавно мы с вами с восторгом чествовали Константина Хабенского в связи с выходом на экраны "Собибора", картина, вызвавшая, признаться, немало смущения у многих критиков. Сложно было открыто высказать сомнения в художественной ценности работы, когда речь заходила о столь трагической и деликатной тематике. И вот, к нашему глубочайшему сожалению, этот рубеж пал вновь. 21 февраля нынешнего года на стриминговой платформе «Amazon Prime Video» дебютировал сериал "Охотники", посвященный той же ужасающей истории геноцида, и, что вызывает нескрываемое изумление, воплощенный в жанре, отдаленно напоминающем комикс. Это не саркастическое преувеличение, это бесцеремонное переосмысление трагедии, граничащее с возмутительным. По сюжету, в Нью-Йорке 1977 года возникает тайная, самоорганизованная группа, взявшая на себя миссию по поиску и привлечению к ответственности бывших нацистов, которые, вопреки справедливости, нашли убежище в Соединенных Штатах. Им были предоставлены поддельные личности, необходимые документы, жилье и даже работа, нередко соответствующая их прежней профессиональной специализации – ракетчики продолжали заниматься ракетами, химики – ядами, шпионы – шпионажем. И все это, как говаривал Григорий Лепс, – «ничто не предвещает беды». Нацистские злодеяния остаются в прошлом, злодеи – все еще злодеями, а Гитлер повержен – все это кажется хорошим, но тон, тон... Ведь в нашем деле интонация – это все, друзья мои! Не столько важно, что было сказано, сколько КАК это было высказано. Когда кадры из Освенцима плавно трансформируются в беззаботный Кони-Айленд 1977 года, где люди танцуют под зажигательные ритмы "Stayin' Alive" группы Bee Gees, я ощущаю тихий ужас, моя дорогая редакция, и это лишь один из наиболее ярких эпизодов. А финальная сцена десятой серии, выдержанная в форме многозначительной паузы, недвусмысленно намекает на продолжение этой безумной истории, на второй сезон, который уже маячит на горизонте. Нельзя не опасаться, что эта провокационная, граничащая с кощунством, интерпретация страшной трагедии станет началом опасной тенденции.

Предлагаемый кинематографический эксперимент вызывает, пожалуй, двоякие чувства. Его восприятие наиболее продуктивно, если отбросить предубеждения и признать его принадлежность к весьма своеобразному, причудливому сплаву жанров. Это не просто картина, это, скорее, калейдоскоп, где переплетаются мотивы комикса, элементы трагикомедии, фантазии об альтернативном историческом развитии и отголоски совершенно различных кинематографических школ. В нем можно обнаружить самые неожиданные сочетания: от нарочито гиперболизированных, почти рекламных эпизодов до гротескных, пародийных образов нацистского режима, резко контрастирующих с жуткой достоверностью, документальной строгостью кадров, воссоздающих атмосферу концлагерных страданий. Неожиданные вставки, вырванные из контекста молитвенных песнопений на иврите, сталкиваются с сатирическими, порой грубоватыми шутками на идиш, что, безусловно, создает барьер понимания для значительной части аудитории. Однако, именно эта эклектичность, этот нарочитый диссонанс, и должен вызывать определенную реакцию. Бесспорно, в центре повествования находится харизматичный образ, воплощенный Аль Пачино. Его мастерство, не подверженное влиянию времени, велико. Однако, даже столь талантливому актеру, кажется, создатели предоставили излишнюю свободу для импровизации, что, возможно, навредит перспективам продолжения. Остальные персонажи, несмотря на достойную актерскую игру, ощутимо уступают в харизме и выразительности, создавая явный перекос в общей динамике повествования. Не исключено, что создатели, вдохновленные безграничными возможностями жанра, попытаются "оживить" этот образ, вновь вернув его на экран. Без его присутствия второй сезон, по моему мнению, рискует оказаться безвозвратным провалом. Параллели с творчеством Квентина Тарантино, в частности с его работой "Бесславные ублюдки", неизбежны и прочно закрепились в дискуссиях вокруг этого фильма. Однако, проводить прямое сравнение представляется не вполне корректно, поскольку Тарантино, тем не менее, выстроил свое повествование в рамках более четко очерченного, "чистого" комикса. Здесь же, границы жанра намеренно размыты, предоставляя авторам свободу для самых смелых и непредсказуемых художественных решений.