Сериал Ночь, когда Логан проснулся /La nuit où Laurier Gaudreault s'est réveillé/ онлайн

Для тех, кто ощутил полное непонимание замысла, скрытого за эфемерным названием и загадочными родственными узами, представляю этот обзор. "Ночь, когда проснулся Логан" – столь интригующее обозначение, отсылающее к несуществующему персонажу. Вместо него мы сталкиваемся с Лурье Гудро, чье внезапное пробуждение становится отправной точкой для череды трагических и запутанных событий. Непосредственное участие Ксавье Долана в качестве режиссера и исполнителя одной из ключевых ролей, несомненно, накладывает отпечаток на глубину проблематики, формируя её мрачную и нетривиальную перспективу. Сюжет разворачивается в водовороте непростых взаимоотношений между матерями и их детьми, исследуя грани предательства, болезненные расщепления психики, разрушительное влияние наркотических и алкогольных зависимостей, а также насилие, принимающее самые разнообразные формы. Погружение в эту семейную сагу потребует от зрителя немалых душевных сил. В самом начале мы видим пожилую женщину, находящуюся на грани жизни и смерти, внезапно пересматривающую свое отношение к дорогому сыну и уходящую из жизни, оставив после себя завещание, в котором неожиданно исключает всех своих детей. Число этих детей остается размытым и неясным, словно намек на переплетение сложных и скрытых связей. Среди них выделяется фигура, столь же неожиданная, как и его появление в финале первой серии – "козел отпущения", чье намерение бальзамировать тело ушедшей матери вызывает бурю вопросов и предчувствий. Повествование пронизано каскадом флешбэков, гротескных сновидений и болезненных воспоминаний, воскрешающих травмы и старые раздоры. Сюжетные линии сплетаются в запутанный клубок, требующий пристального внимания. Каждая серия, эстетически подкрепленная цитатами классиков, обращающимися к вечным темам любви, зла, адских мук и прочих фундаментальных вопросов бытия, начинается с провозглашения: "Ночь, когда..." – за которым следует имя ключевого персонажа и краткое описание его действий, проливающих свет на происходящее. Персонажи усердно роются в прошлом, словно раки в замкнутом пространстве, осматривая труп матери, которую сложно представить себе воплощением добродетели. Ксавье Долан, подобно пророку, вновь и вновь провозглашает, что семья – это сама по себе ад, место, где нормальные отношения невозможны, где всё отравлено обманом, страхом, гневом и унижениями. Если вы решитесь на просмотр, будьте готовы к дискомфорту и острому желанию очиститься. Лурье Гудро, между тем, не является главным действующим лицом в этой трагедии, а скорее той самой искрой, запустившей цепную реакцию. Нет гарантии, что без его вмешательства сюжет развивался бы иным путем. К середине четвертой серии интрига постепенно отходит на второй план, уступая место монотонности сцен, вызывающих физическую тошноту – сжиманию пальцев, тщательной обработке тела, грандиозным и весьма реалистичным разборкам, а также массивам французского текста, оставленных без перевода и дубляжа. Чтобы досмотреть до финальных титров, потребуется внушительная доза самообладания. Принимать решение о целесообразности просмотра – ваш личный выбор.