Сериал Жанна Пуассон, маркиза де Помпадур /Jeanne Poisson, Marquise de Pompadour/ онлайн

Приветствую вас! Позвольте поделиться своими размышлениями относительно недавнего телевизионного произведения, посвященного фигуре легендарной Жанны Пуассон. Этот, весьма объемный, трехчасовой сериал, разделенный на два выпуска, охватывает период жизни героини от ее роковой встречи с Людовиком Пятнадцатым и до ее последних дней. Зрителю предлагается пристально взглянуть на Жанну, сначала в роли изящной фаворитки, а затем – как амбициозного советника, влияющего на ход государственных дел. Вероятно, наибольший интерес этот проект вызовет у тех, кто глубоко увлечен исторической личностью Жанны Пуассон. Потребность в новых сведениях о человеке, вызывающем неподдельный интерес, особенно если это представлено свежим взглядом режиссера, вполне объяснима. Тем не менее, признаюсь, меня лично сериал не покорил. Причиной тому стало ощущение, что ни политическую драму, ни историю любви не удалось раскрыть с необходимой глубиной и полнотой. Возможно, стоило бы сосредоточиться на одной из этих линий, раскрывая ее с большей детализацией. Мы получили лишь обрывочные сведения об отношениях между королем и его возлюбленной, а также лишь поверхностное знакомство с женщиной, оставившей заметный след в истории Франции. Особую озабоченность вызвали образы самого Людовика и его сына, дофина Франции. Общеизвестно, что эти личности не отличались выдающимися познаниями в области политической науки и философии, однако представлять их в качестве полных невежд было, на мой взгляд, излишне. Дофин же был демонизирован до степени абсолютного глупца, что, безусловно, является существенным недостатком сериала. Стоит также отметить деликатный вопрос соответствия возрастов. Мария Лещинская, жена короля, на семь лет превосходила его по возрасту. К сожалению, для воплощения ее образа на экране была выбрана актриса, визуально казавшаяся значительно старше Венсана Переса. Попытки скрыть этот диссонанс с помощью грима не увенчались успехом – восприятие зрителя оказалось искаженным, и историческая достоверность была нарушена. Предполагаю, что этот прием был преднамеренным, ведь король демонстрировал отчужденность и холодность в отношении своей супруги. Однако я не могу оправдать эту творческую вольность. Безусловно, не стану критиковать этот проект как историческую реконструкцию – он не является самым плохим из существующих. Однако, при всей своей масштабности, он не смог по-настоящему заинтриговать меня. Я не ощутил новизны, не испытал сопереживания происходящему. Его можно рекомендовать исключительно как дополнительный источник информации, не претендующий на глубокий эмоциональный отклик.

Что мы видим на экране – не более чем пародийная калька, неуклюжая попытка воссоздать исторический контекст, предпринятая теми, кто далек от понимания сути эпохи, её духа и уклада жизни, столь непохожих на привычные, заезженные тропы современного кинематографа. Персонаж, воплощенный актрисой, представляется лишь собирательным образом, сотканным из штампов диснеевских принцесс, её выражение лица – это хаотичный калейдоскоп эмоций, демонстрирующий не игра, а демонстративное напряжение лицевых мышц, за считанные минуты сменяющих друг друга в нагромождении неестественных гримасок. Бал, задуманный как вершина светской жизни, превратился в гротескную пародию: дамы и кавалеры, рыскающие в стремительном галопе, словно необузданные повозды, и неуместные, вызывающие усмешку, бурные объятия, отсылающие скорее к атмосфере публичного дома, нежели к благородной аристократии. Интимная сцена, призванная передать чувственность и страсть, выглядит абсурдно: монарх и его возлюбленная небрежно ниспадают на землю в какой-то случайной пещере – куда менее поэтичным было бы, если бы действие разворачивалось на лестнице в подвале, но не менее показательным в своей бессмысленности. Изощрённый эротизм, скомканно подсунутый под видом исторической достоверности, в виде любовных игр в экипаже, а бессмысленная сцена трапезы, проходящая у некоего прототипа современного холодильника – очевидный анахронизм, демонстрирующий полное непонимание быта эпохи. Нас будто переносят в прошлое, но прошлое это – не историческая реальность, а зеркальное отражение XXI века, наложенное на декорации, призванные имитировать минувшие столетия. В итоге мы получаем не историческую драму, а карнавал, где персонажи, облаченные в одежды минувших эпох, неуместно разыгрывают сцены из современной жизни, скомканно причесанные под исторический контекст.