Сериал Массовка /Extras/ 1 сезон онлайн

"Мотор! Снято!" – прорычал режиссер, издав облегченный вздох после удачного дубля. Актеры, словно изнеможденные гладиаторы, наслаждались драгоценной передышкой, операторы тщательно восполняли запасы фотопленки, а гримеры и костюмеры скрупулезно следили за безупречным внешним обликом актеров. По съемочной площадке, словно суетливые муравьи, сновали многочисленные ассистенты и их помощники, а в отдаленном уголке, словно забытые всеми, коротали время статисты, среди которых можно было заметить Энди Миллмана (Рики Джервис) и Мэгги (Эшли Дженсен). Энди, перешагнувший сорокалетний рубеж, по-прежнему испытывал странное очарование, разглядывая жизнь статиста как перспективный источник заработка. Мэгги, чуть младше, регулярно сопровождала его в этих съемочных авантюрах, и ее склонность к многословным комментариям нередко вызывала легкое раздражение у окружающих. Несомненной жемчужиной "Массовки" стали Рики Джервис и Эшли Дженсен, чья игра с первых же кадров вызывала неподдельный восторг и убеждала зрителей в многолетней дружбе между персонажами. Концепция шоу была предельно лаконичной: это был документальный взгляд на закулисье кинопроизводства глазами тех, кто остается за кадром, скромных участников этого грандиозного процесса. В течение тридцати минут экранного времени, отданных каждому эпизоду, создатели не только уместили множество комичных ситуаций, в которые попадают главные герои, но и умудрились высмеять клише, устоявшиеся в киноиндустрии, порадовать искушенного зрителя отсылками и фактами, а также насладиться общением со специально приглашенными звездами, не стесняющихся самоиронии. Бен Стиллер, вечно озабоченный кассовыми сборами своих комедий, неожиданно взялся за съемки фильма о войне в Югославии, стремясь продемонстрировать свою серьезность. Росс Кемп, в своем стремлении выставить себя крутым парнем, нагло заявлял о своей способности победить в драке Винни Джонса, пока тот, наконец, не появился на горизонте. Орландо Блум, пленник своей внешности и сексапильности, при каждом удобном случае снисходительно подшучивал над Джонни Деппом. Кейт Уинстлет, облаченная в монашеский убор для фильма о Холокосте, гонялась за призрачным Оскаром, и в перерывах между дублями раздавала колкие советы о прелестях телефонного секса. Патрик Стюарт, увлеченный мечтой о создании фильма, где его персонаж телепатически раздевал бы всех женщин на планете, явно страдал от творческой нереализованности. В первом сезоне шоу строилось по привычной формуле: Энди и Эшли снимались в фильмах вместе с голливудскими или английскими звездами. Однако, в кульминационный момент шестого эпизода, Энди, к немалому удивлению студии ВВС, продал им сценарий собственного ситкома – настолько нелепого и абсурдного шоу, что трудно было себе представить что-либо подобное на телевидении. В результате, во втором сезоне, создатели не покладая рук высмеивали телевизионные комедии с закадровым хохотом, не стесняясь в средствах. Шоу также мастерски показывало разрыв между стремлениями художника и бездушными критериями крупной студии, демонстрируя, какие компромиссы необходимо принять, чтобы твое творение увидело свет на экранах. Однако, ко второму сезону, сериал начал терять свой импульс, когда создатели, по непонятным причинам, решили углубиться в туалетный юмор. Казалось, что шоу вот-вот обречет себя на неудачное завершение, но всего через год съемочная группа вновь собралась, чтобы создать типичное, традиционное – восьмидесятиминутное новогоднее специальное издание. Эта финальная серия оказалась наиболее печальной из всех, она попыталась скрыть за хохотом глубокие дилеммы морального выбора, с которыми сталкивается каждый человек, разрываясь между тем, что ему нравится делать, и тем, что, наконец, приносит деньги. Но, как всегда, в новогоднюю ночь, все закончилось хорошо. Вердикт: как говорят англичане – absolutely brilliant!

В мире кинематографа, где актеры делятся на категории, подобно драгоценным камням разного веса и блеска, существует своя иерархия. Одни – покорители сердец, воцаряющиеся на пьедестале славы, их перформанс – воплощение филигранного мастерства, и они, кажется, держат на своих плечах всю тяжесть киноленты. Другие – яркий дуэт, чья химия взрывает экран, третий – мимолетное, но запоминающееся камео, четвертый – простой источник комического облегчения. А Энди Миллман, в исполнении Рики Джервэйса, – он, как правило, мелькает в кадре на несколько секунд, не произнося ни слова, не совершая значимых действий, лишь выполняя формальную функцию, будь то передача подноса или неловкий топот. И даже эти мимолетные эпизоды нередко оказываются жертвой безжалостной редукции монтажа, ведь каждый кадр должен быть оправдан временем, потраченным на его создание. Таких, как Энди, именуют массовкой, но в душе он считает себя полноценным актером, профессионалом высочайшего класса, чьи заслуги остаются незамеченными в силу возраста (сорок лет) и, увы, округлых форм. Энди – самодовольный, дерзкий, эгоцентричный, циничный и, не без доли желчи, остроумный, и именно эти черты и определяют его уникальность. Его ближайшая подруга, Мэгги Джейкобс (Эшли Дженсен), – такая же несчастная актриса, избегающая амбиций и претензий. Судьбу Энди ведет абсурдный агент Даррен (Стефен Мерчант), чье время проходит в кабинете, демонстрируя свой нелепый интеллект и манипулируя калькулятором (попытки объяснить суть его вычислений лучше избегать). "The Extras" состоит из двух сезонов, каждый насчитывающий по шесть эпизодов, и эта структура имеет принципиальное значение. Первые шесть серий – это бесконечная череда тщетных попыток Энди найти работу, в ходе которых он сталкивается с целой плеядой звезд: Беном Стиллером, преувеличенно восхваляющим кассовые сборы "Знакомства с Факерами", Кейт Уинслет, играющей монашку исключительно ради "Оскара" и по совместительству дающей уроки сексуальности по телефону, патриархом независимого кино Патриком Стюаром, написавшим блистательный (и многозначный) сценарий и выбравшим для себя роль "раздевающего взглядом", и харизматичным Сэмуэлем Л. Джексоном, чья "чернуха" затмевает собой все вокруг. Юмор шоу рождается из бесконечных нелепых ситуаций, в которые попадает Энди, часто вовлекая за собой Мэгги. Все построено на диалогах, мастерски написанных Джервэйсом и Мерчентом: кто-то неловко запинается, кто-то теряется в потоке сознания, и начинается тонкая, изматывающая игра недопонимания, глупости, из которой практически невозможно вырваться победителем. Второй сезон кардинально меняет вектор развития сериала. Энди, наконец, получает то, чего так жаждал – собственный проект, признание, известность, но перед ним возникают вопросы, подчас граничащие с философией. Стоит ли уступать требованиям продюсеров ради заработка и славы? Стоит ли выжимать до дна золотую жилу, созданного им сериала (который, к слову, является едкой пародией на все шаблонные комедийные ленты)? Что насчет его мечты? И что он вообще достиг? "The Extras" трансформируется в мелодраму, уже не столь комичную, а скорее глубоко печальную и задумчивую. Почти год спустя после финала второго сезона был показан специальный рождественский выпуск под названием "Массовка" ("The Extras: Christmas Special"). Продолжительностью в 80 минут он практически лишен юмора, зато пропитан меланхоличной рефлексией, являясь своеобразным ключом к пониманию всего сериала. Монолог Энди – пожалуй, самое ценное, что можно найти в "The Extras". Маленький человек, над которым насмехались, жалели и пытались понять – и сам Джервэйс и Мерчант, кажется, перенесли на себя этот опыт. Вышло поразительно честно. Не стоит ли смотреть этот сериал? Ответ очевиден. Не только для того, чтобы просто вызвать "ха-ха", а чтобы задуматься.

Для тех, кто предпочитает уединение, чья натура тяготеет к замкнутости и кто, порой, с ироничным скепсисом оценивает предлагаемые развлечения, настоятельно рекомендую погрузиться в атмосферу спектакля под названием "Массовка". Это не банальное комедийное зрелище, а скорее разительное переосмысление привычного порядка вещей. Оно демонстрирует закулисье актерской жизни во всей ее неприглядной правдивости – без прикрас, с присущими ей будничными проблемами, которые, тем не менее, разрешаются благодаря искрометному британскому юмору, столь живо и остроумно демонстрирующему абсурдность бытия. В этой пьесе виртуозно и беспощадно высмеиваются всевозможные заезженные штампы и темы, казалось бы, давно исчерпавшие себя. Ирония здесь не просто приветствуется – она жизненно необходима, она срывает покровы с устоявшихся представлений, оставляя после себя освежающий след. Это не просто смешной спектакль, это своего рода деконструкция театрального мира, представленная с невероятной легкостью и остротой. И, что особенно ценно, "Массовка" – это редкое исключение из правил: это комедия, над которой по-настоящему смешно и в одиночестве. Это зрелище, способное заставить от души рассмеяться, даже когда вокруг никого нет, ощутив некую особенную, почти сокровенную радость.