Сериал Я не шучу онлайн

В дебюте этого нового проекта, который смело сочетает в себе формат стендапа и ситкома, не стоит ожидать легкомысленной комедии. Скорее, приготовьтесь к глубокому погружению в бездну отчаяния, увиденную сквозь призму поколения зрелых женщин, выросших на образах "пацанов" – теперь уже их собственных детей. Начальные титры, фиксирующие возраст главной героини – 49 лет – служат зловещим предзнаменованием. Здесь нет места беззаботному хохоту; только гнетущая, всепоглощающая тоска. Героиня, отчаянно пытающаяся поддерживать видимость жизнерадостности, изредка вырывает из себя саркастические реплики, звучащие эхом из клубных подвалов, – это не веселье, а скорее нервная разрядка, тщетная попытка вырваться из порочного круга. Ирония здесь жестока и болезненна: смеяться над матерью, живущей в Донецке и безоговорочно преданной политике Путина? Смеяться над собственной поспешностью и опрометчивости при выборе отцов для своих детей, дважды запутавшись в этом лабиринте взаимоотношений, перекладывая вину на кого угодно, лишь бы не взглянуть правде в глаза, совершая мимолетные связи на фоне декораций для детских постановок? Инфантильность, охватившая героиню, достигает апогея. Ее окружение – это некий клубок непрожитых обид и болезненных воспоминаний: бывшая свекровь, бывшие мужья, собственные дети, нервная собака, и – самое главное – полное отсутствие ощущения стабильности и нормальности. Возникает вопрос: что она сделала, чтобы хоть немного сдвинулась с мертвой точки, чтобы приблизилась к той самой "нормальной" жизни, о которой так отчаянно мечтает? Просмотрев четыре серии, ответа на этот вопрос не обнаруживается. Лена Новикова, похоже, отказывается прилагать усилия, необходимые для формирования желаемого хода событий. Ей нужен исчезнувший из жизни дочери отец? Она с легкостью сфабрикует историю о внезапной смерти от сердечного приступа. Это мать года, если, конечно, понятие "мать" подразумевает не только биологическую функцию, но и ответственность за судьбу своих детей. Наблюдая за ее действиями, невольно испытываешь жалость к этим детям, рожденным, судя по всему, лишь по велению физиологии, без четкого понимания того, какую жизнь они получат. Печально осознавать, что это происходит в 49 лет – возрасте, когда человек, казалось бы, должен был обрести мудрость и ясность. Абсурдность ситуации подчеркивается тем, что зрителя призывают смеяться над этой драмой, над этими страданиями. Это трагедия, превосходящая по своей глубине эдипов комплексов, упомянутых в сюжете как постановка, где одну из ролей исполняет ее же бывший муж. На сцене разворачивается хаотичное действо, где полуголые мужчины и женщины бесцельно слоняются, словно потерянные души. Это и есть квинтэссенция сериала – обнаженность, лишенная всякого содержания, будь то телесная или духовная. Если целью было показать именно это – то обнажить все до последнего, – то проект может претендовать на звание гениального. Однако, в глубине души, у меня есть ощущение, что это не так, и от этого наблюдать за происходящим становится еще тоскливее. Это прозрение, лишенное надежды.

Этот драматический проект, пронизанный горькой иронией, оставляет после себя ощущение странной, щемящей смеси смеха и печали – словно наблюдаешь за трагедией, обернувшейся абсурдом. Это искренний, почти болезненный смех сквозь слезы, раздающийся из глубин отчаяния. Главная героиня, застывшая на рубеже полувековой отметки, обречена на самоиронию, остро осознавая, что ее личная траектория развития, вопреки общепринятым представлениям о начале новой жизни, представляет собой, скорее, незаконченную попытку, покинувшую сцену. Вокруг нее – пестрая галерея персонажей: дети, являющиеся отголосками прошлых надежд, бывшие супруги, оставившие шлейф сожалений, верный пес, согревающий одиночество, надменная свекровь, являющаяся символом неразрешенных конфликтов, и скромные стены съемной квартиры, отражающие ее временное положение в жизни. В каком-то смысле, она – проекция Ольги, персонажа, чья жизнь, хоть и с упорством, пусть даже и бессмысленным, была попыткой выбраться из болота. Но здесь героиня капитулировала на всех фронтах, отступив под натиском обстоятельств. В этом ее бесспорный плюс – хладнокровное осознание собственной неудачи. Сложно судить о судьбе другого, не прошагав его путь, не ощутив на ногах боль от потертых ботинок, не вкусив горечи его разочарований. И я не стану осуждать. Она, словно маяк, пытается направить будущее своих детей, расходуя на это все свои ресурсы, отдавая себя без остатка и забывая о собственных потребностях. И это постигло ее лишь к пятидесяти годам, когда уже слишком поздно что-либо исправить. Это поучительная и душераздирающая история, и я с волнением и тревогой жду кульминации сериала, гадая, чем же закончится этот сюжет, и есть ли у него вообще шанс на счастливый финал. Удастся ли героине обрести хотя бы проблеск надежды, или ее судьба обречена на безысходность? Время покажет.